1418. Париж

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

1418. Домреми

Постепенно далекий и призрачный плач становился все громче, все отчетливее. Наконец Жанна поняла, что плачет она сама, а из ее пробитой насквозь ладони бежит кровь.

— Что же это?.. — шептала побелевшая мать.

— Тихо, все в порядке, — отец оторвал лоскут ткани от своей рубахи и принялся бинтовать руку девочки.

— Не... не... — заикалась от плача Жанна.

— Ш-ш-ш... — успокаивал ее отец. — Не плачь, солнышко...

— Не... говорите... никому...

— Не скажем, милая, не скажем.

1418. Церковь Домреми

— Скажи, Жанна, — господин Мине разговаривал с девочкой, недалеко стояли ее мать с отцом. — Что с тобой произошло?

Жанна молчала, глядя в одну точку.

— Может, ты вышла на улицу и упала на что-то острое?

Жанна не издавала ни звука. Священник вздохнул и подошел к ее родителям. Их глаза были испуганны.

— Не бойтесь, — ободряюще улыбнулся Жан Мине. — С девочкой все в порядке. Это часто бывает с детьми — она просто во сне ходила под луной...

— Да у нее рука насквозь пробита! — Жак Дарк в сердцах перебил священника.

Тот успокаивающе положил руку ему на плечо.

— Так бывает, Жак... Скорее всего, она бродила в сарае, споткнулась и упала на что-то ост-рое, на какой-то штырь. А так как сон у тех, кто ходит под луной, необычайно крепкий, то она успела вернуться в постель, перепугаться, начать кричать и только после этого проснулась.

— На полу не было крови! — Жак сбросил с плеча руку священника, но тот лишь улыбнулся в ответ.

— В ранах кровь появляется не моментально, Жак. Это ведь не бурдюк с вином. А со штыря кровь могли слизать собаки... Не переживай, Жак, такое случается. Просто следите за девочкой — особенно, чтобы свет луны не попадал на нее спящую. Пройдет год, может, два, и все станет как прежде.

1418. Церковь Домреми

— Господин Мине! — позвала священника Жанна. — Спасибо, что поговорили с моим отцом...

— Не за что, Жанна...

Девочка на секунду замялась, а потом выпалила давно приготовленную фразу:

— Но я все равно не в силах рассказать вам что-либо...

— Я знаю, Жанна, — священник улыбнулся. — Спасибо за то, что ты мне уже рассказала.

— Я принесла вам немного сыра...

— Спасибо, милая... но в Бриксе он нужнее, — священник заметил, что Жанна поглядывает в сторону тропинки, и еще раз улыбнулся. — Беги... беги к сиротам и утешь их.

1419

Маленькая девочка горько плакала в лесной часовенке.

Как плохо, когда короли не могут обратиться к прощению.

Как плохо, когда короли, призванные Господом к чести и благородству, падают во грех мести.

Жанна пыталась молиться за Карла, но смрад ночного тумана вползал в часовенку... и вместо молитвы получались лишь новые рыдания.

Словно сквозь колышущуюся толщу воды девочка вновь и вновь видела тайную встречу на Ионнском мосту в Монтро... герцога бургундского, который пришел с желанием мира, дофина Карла, который пришел с желанием мести.

Резкие взмахи секир охранников Карла.

Влажный, омерзительный хруст...

И далекий крик отчаяния, который так страшно и резко оборвался.

1420. Домреми

Боммм... Боммм...

В тот день исправно звонил колокол.

Жанна помнила, как раньше бранила звонаря за то, что он лениво выполняет свою работу. «Ну как так можно?! — кричала она. — Ты же не пускаешь с Небес самый чистый звук! Когда Небеса соприкасаются с землей, через колокола доносятся к нам Песнопения Ангелов!..»

Но звонарь звонил в колокола все так же лениво... Возмущенная Жанна пожаловалась матери. Та улыбнулась, как всегда мягко, и дала Жанне немного шерсти. Жанна отдала шерсть звонарю с тем условием, что он будет звонить исправно. Но прошло несколько дней, и звонарь опять стал звонить плохо, прячась за спины других, когда встречался с Жанной на людях.

...А в тот день колокол звонил прекрасно.

Тревожное чувство не покидало Жанну с самого утра, ей казалось, вот-вот должно произойти что-то страшное. Даже майское солнышко не могло развеять ее тоску; она лишь отмахнулась от ребят, когда те позвали ее играть на лугу.

Боммм... Боммм...

Словно чье-то сердце в огромной груди.

«Что ж звонарь звонит так исправно?» Жанна не могла найти себе места.

— Дочка, ты что, не пойдешь сегодня в Брикс? — спросила ее мать, но Жанна прошла мимо, словно в забытьи.

Боммм...

Жанна со всех ног бросилась к часовенке в лесу.

«Всевышний, Пастырь мой!.. Помилуй меня грешную...» — молилась она, стоя на коленях перед распятием.

Боммм...

Боммм...

...Жанна вдруг увидела кровавый росчерк — словно кто-то провел кинжалом по человеческой коже. На распятом теле Христа появилась кровоточащая рана.

«Всевышний, Пастырь мой!!!» — в ужасе закричала девочка.

Боммм...

Новый росчерк — завитушка, словно вьющийся стебелек колокольчика... новые капли крови, сочащиеся из пореза.

«Всевышний!!! Всевышний, помилуй!!!»

Грустные глаза... Прекрасные, грустные глаза Христа... Иссеченное Тело.

Когтистые руки мертвецов, тянущиеся к Нему со всех сторон, и кубки, подставленные под Кровь, бегущую из ран... Кровь сворачивалась в кубках, обращаясь черной смолой.

Грустные глаза Христа смотрели в самую душу девочки.

«Ааааааааааааааааааа!!!!!!» — закричала Жанна и ничком упала на пол.

«Ааааааааааааааааааа!!!!!!» — закричала она снова, потому что монстры вокруг лишь рас-смеялись в ответ ее крику.

...Жан Мине вздрогнул, словно от удара: прямо перед ним с пустыми глазами и белым ли-цом стояла Жанна.

— Отец... Отец Мине... — Жанна задыхалась, она едва выговаривала слова.

Священник попытался обнять девочку, но она вырвалась из его рук.

— Что же они наделали?!! Что же они все наделали?!!

Мине прижал дрожащее тельце к своей груди, а Жанна зашлась жутким, душераздирающим воплем, переходящим в плач.

— Пусть он не звонит!!! — кричала она. — Пусть он перестанет!!! Я не могу видеть это... Я не могу слышать это... Пусть он прекратит!!!

— Кто, Жанна?!!

— Звонарь, звонарь, звонарь, — билась в его руках девочка. — Пусть он прекратит звонить!!!

— Жанна!!! — священник принялся трясти ее за плечи. — Очнись, Жанна!!! Никто не звонил после обедни!!! Жанна!!!

Девочка продолжала горько-горько рыдать. Жан Мине обнял ее и крепко прижал к себе.

— Они продали Ее... Они продали Ее... Они продали Ее... — шептала сникшая Жанна.

Ее глаза были широко открыты, и невидящий взгляд упирался в небо.

— Как они могли?.. Как они могли... Как они могли...

Священник подхватил девочку на руки и побежал с ней в церковь. Он молился над ней три часа, и лишь потом ей стало легче.

— Скажешь маме, что тебя знобит, — посоветовал Жан Мине, проводив девочку до дома. — Пусть уложит тебя в постель и напоит горячим молоком. Не вздумай вставать дня три-четыре. Ты поняла меня?

Жанна послушно кивнула.

— Господин Мине... — сказала она тихо. — Сегодня... сегодня...

— Сегодня случилось что-то страшное, — закончил за нее священник. — Ты это почувствовала, но никому об этом не расскажешь. Для всех остальных ты просто простудилась.

— Господин Мине... мне очень... больно...

Священник отрывисто поцеловал ее в лоб и быстро пошел прочь, не в силах сдержать слез.

По прошествии трех недель Жан Мине узнал от путника, что в тот майский день в далеком городе Труа при содействии герцога Бургундского Филиппа и развратной супруги безумного короля Франции Изабеллы был подписан тайный договор. Договором этим обезумевший король отрекался от своего сына — принца Карла VII, объявляя преемником французской короны английского короля Генриха V и его наследников.

Франция была продана.

Движение духовного согласия и единения "Уральский магнит"

E-mail: post@uralmagnit.ru

Мы в соц. сетях:

FaceBook  ВКонтакте

YouTube

Яндекс.Метрика
svet dushy  Мудрость Мира  kuva bn  Творческое объединение НАША ПЛАНЕТА
2018 Уральский магнит