lupya Еныб

На Лупье-реке, под урочищем Важгорт, есть холм. Он не такой уж и большой, но в этих местах - самая красивая и веселая высотка. С нее далеко видно округу.

Из-под холма родники бьют. Их три, и при каждом был колодец. Ключи из-под одного холма бьют, но в разных местах и в разные стороны текут. Вода чистейшая, с особым вкусом.

Название тому холму - Еныб, что значит Богово поле.

Почему его так именуют?

Мой дед до ста шести лет дожил, много повидал и об этом холме так рассказывал: «У Еныба стоял деревянный бог, мы ходили к нему молиться, как вы теперь - в церковь».

То изображение отец мой тоже знавал, а при мне его уже не было. Одни утверждали, что тот бог был вытесан из дерева, другие - что из камня. Где он теперь, куда его дели, я не слыхал. Возможно, когда появилась церковь, так туда унесли. Если же он был «важ ен» - чудской бог, так его спрятали где-то древние люди.

Во время последней войны старые люди еще ходили туда, только летом. Возьмут поесть и попить и пойдут на Еныб. А с какой целью - не знаю: или День пикапа справлять, или на поминки: около того места есть старый могильник - там чудские люди лежат.

Со всем скарбом под землю ушли

Древние люди жили в Кыдзыскуше и сами себя похоронили: вырыли ямы, поставили столбы, забрались в ямы со всем скарбом своим, скотом, да и обрушили на себя землю. То место старики называли Гажаыб - Веселое поле. Тут чучкие лежат.

Есть отдельные могилки, есть и общие. Старики указывали место, где лежат четыре брата: Чазь, Бач, Юкся и Пукся. На их могилах и трава не растет. Рядом с могилами стоят шесть берез и елей. Под этими деревьями поминки устраиваем, но не в семик, а в субботу -так, говорят, сами древние распорядились. Для поминального пирога рыбу ловят в речке Кыдзысе около урочища Каньявэр. Там пруд, а рыбы столько - больвейти!

Древние карают

Чуды были двоякие: нелюди и люди. Каковы люди были - как мы или другие, - мы не знаем, но говорим: они родители наши. Если не устраивать поминок по ним или их кости тревожить, то они на людей кару напускают.

Старик из нашей деревни заболел и никак не поправляется: ни лекарства, ни травы не помогают. Пошел он к лекарке-черэшланни-це, и она с помощью черэшлана определила: это-де родительская кара, надо сходить в деревню Ойвыл да устроить по древним помин¬ки.

У деревни Ойвыл есть чудское кладбище. Так вот, из одной мо¬гилы тогда достали череп и повесили на изгородь - он и карал людей. К нему ходили больные, угощали покойников, и он снимал свою кару. Старик тоже сходил и выздоровел.

Отчего у медведя короткий хвост

Животных боги слепили из глины. Бог Ен сляпает тяп-ляп зверюшку и кидает своему помощнику. Тот разгладит заготовку, сделает глаза, рыло, уши, а кому и рога. И материал разный - глина красная, белая, песок да тина речная. Вот и получаются животные разных мастей. Так и слепили всех тварей: скатают, почистят, вдох¬нут в зверя жизнь и пинком в зад - иди гуляй!

Сперва были слеплены крупные животные - лошадь, корова, медведь. Заметили мастера, что глины маловато остается, и стали лепить более мелких тварей - волка, лису, собаку, куницу, зайца, белку, кошку, мышь. На другой день слепили они хвосты, положили сушить, а сами решили вздремнуть.

Прибежала лиса, взяла что покрасивей. Белка выбрала себе по-пушистей. Волку понравился подлинней - от такого тепла больше. Заяц облюбовал коротенький, мышь - тонкий.

Пришел медведь, рылся, рылся и по себе не может подобрать: то кривой, то острый или толстый. Пока перебирал, никаких не оста¬лось. Он и заревел. Боги проснулись, засуетились: одному хвост не достался! Хотели слепить, а глины-то и нет.

Поскребли промеж пальцев да там-сям и слепили - коротенький, задрипанный получился.

Второй Кудымкар

Однажды кудымкарцы поехали в Зюздино за хлебом. Из Кудымкара выехали поздновато, и где-то около Верх-Иньвы застала их ночь.

Попросились мужики к одному на ночлег. Лошадей поставили в конюшню, сани остались на улице. А на улице гуляли парни и решили подшутить над приезжими: повернули сани в обратную сторону.

На рассвете кудымкарцы проснулись, запрягли лошадей и поеха¬ли дальше.

Час едут, два едут - встречается река.

- Что за река такая? - спрашивают у встречных. - Вроде бы знакомая.

Им говорят:

- Это Иньва.

- А деревня какая?

- Кудымкар.

Мужики диву даются:

- Сколько лет на белом свете живем, а не слыхали, что есть второй Кудымкар.

Заехали в Кудымкар, между собой рассуждают:

- Не наше ли это село?

- Не болтай, парень! Второй день едем, откуда наше будет?

- А не наши ли бабы воду носят?

- Не говори, парень: ведь как раз наши!

Земля людей

Мы, зырянский народ, земли по Каме, Косе, Иньве называем Комму. Это значит: земля кома.

А слово ком в языке пермской чуди означало - человек.

Город пермяков

Москва и Чердынь одновременно возникли и одинаково расположились: Москва на семи холмах, и Чердынь на семи. Потому и поговорка бытует: «Чердынь-городок - Москве браток».

Теперь им по тысяче лет.

Оба города построены пермяками и по-пермяцки названы: Москва - от «мос ва» - коровья река, Чердынь - от «чер дын» - обух топора.

Пермяки, видимо, широко обитали когда-то - от Чердыни до самой Москвы.

 

Из книги "Заветный клад: избранная коми-пермяцкая народная проза и поэзия" (перевод с коми-перм. и сост. В.В.Климова). Кудымкар, 2007.

Фото с сайта klevoclub.ru