У нас с ней была незримая связь - всегда, когда я собиралась ей позвонить, раздавался звонок, и я слышала ее веселое щебетанье. Очень я ей благодарна за то, что она удивительным образом «слышала» меня, хотя к ней я не обращалась. Как будто Небо посылало мне ее в тяжелые для меня минуты. Помню, как в один из таких воскресных дней, совершенно уставшая от работы и еще не привыкнув к тому, что у меня больше нет возможности поехать на дачу, куда мы раньше всей семьей, по традиции, отправлялись по выходным дням из шумного, многолюдного города, раздался телефонный звонок и звонкий голос Инары сообщил мне, что она очень ждет меня на своей даче. Это было так неожиданно! Я не делилась с ней своим состоянием, как она почувствовала?! Возражения не принимались.
Через два часа я уже любовалась с парома на красавицу Каму, на живописные берега, и пыталась разглядеть на пристани, среди встречающих, Инару.
Я была у нее на даче раза три. Она всегда, как ребенок, радовалась нашим встречам. По-царски встречая, угощала ухой из свежевыловленного судака, подавала мне ароматный кофе в постель, просила мужа свозить нас за грибами, земляникой, затопить баньку с веником из мяты, что он с радостью делал. После баньки выносила любимое свое кресло в цветущий, благоухающий разнообразием цветов сад, заботливо усаживала меня в это кресло. Мы пили чай из трав с медом, впитывали ароматы цветов и сосен. Было слышно, как в тишине падали на землю спелые яблоки. За беседами о смысле жизни, вечер незаметно переходил в ночь, медленно зажигая звезды...
Утром мы гуляли по песчаным тропинкам в сосновом бору. Мечтали приехать сюда всем нашим Уральским Магнитом. Планировали проведение выставок в Оханске. Думали о работе с детьми в детском доме. О том, как им помочь.
Весной 2012 года Инара поехала в Белоруссию поддержать больную престарелую тетю. Я очень ждала ее, постоянно звонила, как будто чувствовала что-то неладное. Но ее телефон был недоступен. По приезду, наконец, дозвонившись до нее, я с трудом узнала слабый голос Инары. Она была тяжело больна. Болезнь очень быстро прогрессировала. Мы приезжали к ней, поддерживали, настраивались на свет сердца, на ее свет. Она все чувствовала, оживала, с благодарностью улыбалась! Когда мы говорили о горах, мечтала снова пойти.
Перед уходом из этой жизни она сказала: «Я не умру, а буду сидя на ковше «Большой Медведицы», с рюкзаком за плечами, смотреть на вас и посылать вам приветы!»
